«В городе Красноярске есть художник. Вернее — Художник. Его зовут Андрей Поздеев. В прошлом году человек Андрей Геннадьевич Поздеев пересёк границу земного бытия. Художник Андрей Поздеев остался.

Теперь Андрея Поздеева, слава богу, знают не только в Красноярске, не только в Москве, не только в России. О нём сняты фильмы, о нём пишутся статьи. Я, его скромный почитатель и сопереживатель, не претендую на учёность, анализ и мнение, а лучше расскажу-ка вам о том, как мы вместе с ним покупали ему штаны в магазине ОРСа (отдела рабочего снабжения) речного флота, что был расположен на улице Парижской Коммуны в непосредственной близости от реки Енисей, от моего дома…»

Это строки — из очерка писателя Евгения Попова «Новые штаны Андрея Поздеева». Речь идёт о том, как некогда очень бедный и непризнанный, а теперь всемирно известный художник, с каких-то случайных заработков решил на всю оставшуюся жизнь купить себе добротные брюки.

Евгений Попов и Андрей Поздеев познакомились в молодости и дружили долгие годы. В день рождения художника, 27 сентября, писатель прилетел из Москвы в Красноярск, чтобы провести в Литературном музее имени В. П. Астафьева вечер памяти, возложить цветы на могилу друга.

Евгений Попов — наш земляк, хотя давно и москвич. Его книги основаны на реальных событиях, в них хорошо представлена эпоха, о которой принято говорить «времена застоя». В эссе и портретах-очерках писателя можно прочитать и про его друга — Андрея Поздеева, узнать порою смешные эпизоды, раскрывающие характер художника — яркий, живой и импульсивный. Поздеев просто не умел быть сдержанным — жил и творил на высокой ноте, не приглушая ни чувств, ни красок. В «Новых штанах Андрея Поздеева» описан случай, когда молодой ещё художник, примеряя элементарные брюки, вдруг начал испытывать их на прочность: присел и заскакал по торговому залу, как заяц. Думается, ни в этом магазине, да и ни в каком другом, брюки таким образом больше никто не примерял.

 — Как говорится в великой книге «Библия»: кто был последним, станет первым. Но справедливость восторжествовала. Или Бог так велел? Жизнь и творчество Андрюши — божий промысел, — этими словами Евгений Анатольевич начал встречу памяти Андрея Поздеева. — Уже весь мир знает, насколько велик творческий и человеческий пример Поздеева. Ему и памятник красноярцы такой достойный поставили! Но если бы когда-то Поздееву кто-то сказал, что ему появится памятник в центре города, то нарвался бы на резкость. Не был Андрей таким мягким, странным и пушистым терпеливцем, как сейчас его представляют. У Поздеева был сильный характер. Андрей всегда делал то, что хотел. Он писал то, что хотел, он жил как хотел, он одевался как хотел, он разговаривал как хотел. То есть у него было здравое безумие художника.

Писатель вспомнил и свой рассказ про два натюрморта. Евгений Анатольевич в Красноярске работал инспектором художественного фонда. Это была система, которая поддерживала художников материально, формировала государственные заказы: для каких предприятий, производств, домов культуры и так далее какие картины рисовать.

 — И вот однажды звонит в худфонд разгневанный директор профтехучилища, — рассказал Евгений Попов. — Ему не понравились два натюрморта, которые написал Андрей, — слишком яркие и необычные. Директор утверждает, что у него сын лучше рисует! Я, недолго думая, предложил директору пойти к художнику и выбрать другие натюрморты. Приходим мы к Поздееву в мастерскую с этим директором, и Андрюша начинает доставать и показывать свои картины. Директору всё не нравится. И стоят они друг перед другом. Один — обычный сибирский упёртый мужик. А другой — необычный сибирский упёртый мужик. В конечном итоге ушёл директор с этими двумя натюрмортами. Сказал: «Ладно, купим, не обеднеем, оставим для истории». Так оно и получилось. Сколько сейчас эти натюрморты стоят.

Всем, кто любит творчество Андрея Поздеева, знакома фамилия Виталия Крейнделя — искусствоведа, издателя и близкого друга художника. Знакома потому, что он уже издал две книги из портретной серии, которые сразу стали библиографической редкостью: «Андрей Поздеев. Художник и поэты» (2021) и «Андрей Поздеев. Театральные люди» (2022). Первый сборник сочетает портреты Поздеева со стихами поэтов, которых художник рисовал. Второй — портреты режиссёров, актёров, певцов, музыкантов и клоунов, работавших в красноярских театрах и небольшие очерки о них. И поэтов, и театральных людей Поздеев рисовал, схватывая момент и характер человека в нескольких точных линиях.

Виталий Ефимович пришёл на встречу прямо из типографии и показал третью книгу из этой серии — «Андрей Поздеев. Коллеги», в которой собраны портреты коллег-художников, входивших в круг Поздеева. Конечно же, экземпляр этой книги он первым делом подарил гостю — Евгению Попову. А тот, в свою очередь, попросил рассказать, повспоминать. Но Крейндель — немногословный человек. Он человек дела. Только и сказал, что он свой долг перед памятью Андрея выполнил.

Все, кто хорошо знал Поздеева, утверждают, что художник, как магнит, притягивал к себе людей. Многие за честь считали побывать у него в мастерской, где всегда приветливо встречала и чаем, заваренным по рецептам Андрея Геннадьевича (он был чаёвник), и булочками собственной выпечки супруга художника Валентины Михайловной.

Знающие люди говорят, что Поздеев был прост в общении, дружил не только с интеллигенцией. Виталий Крейндель, к примеру, не всегда был издателем. По профессии он инженер. Многие годы проработал ведущим специалистом одного из крупнейших красноярских заводов. Так, может быть, мы увидим и четвёртую книгу из этой портретной серии, которая будет посвящена не людям искусства, а тем, кто окружал художника в обычной жизни?

В тему

Ко дню рождения художника в Литературном музее имени В. П. Астафьева (ул. Ленина, 66) открылась выставка «Андрей Поздеев. Город Красноярск». Она будет работать до 15 ноября. В основе экспозиции — серия городских пейзажей, которую художник создал в конце 1950-х — начале 1960-х годов. Поздеев писал Красноярск широкими мазками и яркими красками: в его работах знакомые (а порой уже почти неузнаваемые) здания и уголки города преображаются под авторским взглядом. Картины дополняют фотографии. Зрители могут проследить, как в полотнах художника приметы старого, дореволюционного Красноярска постепенно сменялись новыми советскими постройками. То есть это не просто показ работ, а возможность поймать момент смены эпох. Впервые можно будет увидеть личные документы, фотографии и награды художника из семейного архива, предоставленного фондом Андрея Поздеева. (12+)

Наталья Сангаджиева