Значимость Сергея Ломанова для красноярского спорта невозможно переоценить. Десятикратный чемпион мира по хоккею с мячом давно стал символом громких побед в родном городе. Сергей Сергеевич, как его называют болельщики, также удивляет спортивным долголетием — в свои 45 лет он продолжает профессионально играть в бенди. В подкасте «400 историй о Красноярске» Ломанов рассказал о первых шагах в спорте, жизни в Швеции, отцовском влиянии и многом другом.

Вместо балеток — клюшка

 — Я родом из Ленинского района. Мы жили около стадиона на улице Юности. В два года папа поставил меня на коньки. Помню себя ещё маленьким на льду с клюшкой. Хоккей был частью моей жизни с самого раннего возраста.

В пять лет мама отвела меня в ДК имени 1 Мая. Она работала балетмейстером и хотела приучить меня к танцам. Но папа, конечно же, был против. Я ему показывал балетки, а он говорил: «Ни в коем случае! У тебя должны быть коньки и клюшка». Мама расстраивалась, но принимала папину позицию. Хотя, по её словам, я был способным мальчиком в танцах — у меня неплохо получалось. Но душа лежала к хоккею.

В моём районе все жили спортом. Люди после работы на Красмаше шли на стадион по Красрабу, а затем активно обсуждали матчи «Енисея». Было очень атмосферно. Меня в родном районе узнавали все: «О, Серёжка с клюшкой идёт!»

Конечно, я с детства знал, кто мой папа. Его очень любили люди. Многие ходили на стадион, чтобы посмотреть на отца. Я, может, не до конца понимал его величие, но знал, что он играет в хоккей и даже иногда выезжает за границу. Помню, как встречали его в аэропорту — тогда сборная СССР вернулась из Швеции, где играла на чемпионате мира, а папа в одном из матчей получил тяжёлый перелом челюсти. Но я всё равно хотел походить на него: всегда ходил с клюшкой, мечтал носить майку с седьмым номером…

Отказали шведам

 — Когда мне было девять лет, отец уехал играть в Швецию и забрал нас с собой. Мы жили в городе Уппсала, а папа выступал за местный «Сириус». Я несколько лет учился там школе, а моя младшая сестра Лена ходила в детский сад. 

У меня с русским языком проблем не было, потому что я говорил на нём с раннего детства. Потом в совершенстве овладел шведским. А вот Лена поначалу вообще не понимала русский! Даже дома говорила больше на шведском. Иногда мешала слова из разных языков. Может, поэтому отец решил вернуться в Россию, чтобы дочь окончательно не забыла русский.

Но я всё равно вспоминаю своё детство с удовольствием. В Красноярске мы не видели отца по полтора месяца — разъезды, сборы… А в Швеции он на все игры добирался на автобусе. Самая долгая поездка — пять часов до Стокгольма. Поэтому папа всегда был дома и участвовал в нашем воспитании. Конечно, меня это очень радовало.

Отец потом говорил мне: «Серёг, тебе повезло, что мы из Швеции уехали». Хотя нам очень нравилось в Уппсале. Руководство клуба даже обращалось к папе: «Сергей, оставляй сына. Мы его полностью обеспечим, дадим образование и поможем построить карьеру. Будешь к нему в гости приезжать. Тем более он знает шведский язык». Отец спрашивал меня, хочу ли я остаться. Но таких мыслей даже не было. Я всегда мечтал играть за «Енисей» в родном Красноярске. Спал и видел, как надеваю клубную майку и выхожу на лёд в Ленинском районе. Поэтому мы отказали шведам и в 1995 году вернулись всей семьёй на родину.

Тут твой дом

 — Первое впечатление от родного города нас шокировало. Мы вернулись поздней весной, когда все улицы были перекопаны — тогда, кажется, меняли теплотрассу. Я спросил у отца: «Пап, тут что, война была?» Меня сильно поразила увиденная картина, особенно на фоне идеальной чистоты в Швеции.

Сестра тоже находилась в шоке. В Уппсале уже тогда были развиты супермаркеты, куда можно зайти и купить что угодно. Продавались и мороженое, и газировка — что ещё ребёнку надо? А в Красноярске ничего не было. Везде очереди, нехватка товаров…

Но со временем ты привыкаешь ко всему. Тут твой дом, друзья и родной стадион. Тем более город развивался: появились современные магазины, улучшались дороги, строилась новая инфраструктура… Это меня радовало. Я всегда хотел жить в Красноярске, и было приятно, что он с каждым годом становится лучше.

«У нас другая культура боления»

— До сих пор помню свой дебют за «Енисей». Я два года играл в дубле, а в 1997 году попал в основу. Меня выпустили на лёд в матче Кубка России с омской «Юностью». Я вышел и в первой же атаке забил гол! После этого появилась большая уверенность в себе.

В моей молодости на стадионах была особенная атмосфера, которую уже не вернуть. Но прогресс не стоит на месте. Это раньше на матчи приходили мужики-работяги, которые брали с собой горячительные напитки и ругались матом. Сейчас у нас другая культура боления. Возможно, поэтому многие перестали ходить. Но мы, на мой взгляд, идём в ногу со временем.

Я, честно говоря, не хотел бы возвращаться в прошлое. У нас есть прекрасный крытый стадион, и такие надо строить по всей стране. А то приезжаешь в другой город и играешь в 25-градусный мороз при сильном ветре. Нам нужны условия, при которых болельщики пойдут на стадион и приведут с собой новое поколение.

«Мы из разных поколений»

— Когда я попал в основу «Енисея», многие болельщики, будем честны, относились ко мне скептически. Были разговоры, что папа меня чуть ли не за уши тащит в хоккей. Мы это понимали. Отец постоянно говорил: «Ты должен в каждой игре доказывать, что чего-то стоишь. Не просто носишь фамилию Ломанов, а сам что-то умеешь». Наверное, поэтому я стал знаменитым хоккеистом. Отцовское подстёгивание закалило меня.

Сергей Иванович в воспитание моего сына Саши не лезет. Как-то сказал, что мы часто хвалим внука, — я ответил: «Пап, сами разберёмся». И он успокоился. В последнее время дед обращает внимание на Сашку как на хоккеиста. Где-то подсказывает, даёт советы, старается общаться на равных. У мальчишки есть талант, и Сергей Иванович это видит.

Я хотел бы сыграть с сыном в официальном матче, но такое вряд ли случится. Мы из разных поколений. Мои сверстники рано взрослели и быстрее переходили на новый уровень. Сейчас ребята опаздывают на три-четыре года. Мне уже 45 лет, а сыну скоро будет 15, и вряд ли мы будем официально играть в одной команде. Хотя на тренировках часто пересекаемся.

К сожалению, мне не довелось сыграть вместе с отцом. Он закончил в 37–38 лет, хотя был на очень хорошем уровне. Но так сложилась ситуация. В Швеции-то играли честно, а у нас могли и засудить. В Хабаровске отец отдаёт пас — положение «вне игры». А там пять метров до него! В конце концов у папы опустились руки, и он решил уйти в тренеры. Через год я дебютировал за «Енисей». Мы чуть-чуть разминулись! До сих пор жалею, что не сыграл с отцом.

ДОСЬЕ

Сергей ЛОМАНОВ, хоккеист

Дата рождения: 2 июня 1980 года, Красноярск.

Карьера: хоккеем занимался в «Енисее» и шведском «Сириусе». За красноярскую команду играет с 1997 года с перерывами. В 2005–2008 годах был хоккеистом московского «Динамо», а сезон 2016/17 провёл в шведском клубе «Венерсборг». Более 20 лет был основным игроком сборной России.

Достижения: десятикратный чемпион мира, восьмикратный чемпион России, по четыре раза выигрывал Кубок мира и Кубок России. Самый результативный хоккеист в истории страны — на его счету более 1 300 забитых мячей. Считается одним из величайших игроков в хоккей с мячом в мире.

Звания: заслуженный мастер спорта (2002).

Награды: медали ордена «За заслуги перед Отечеством» I и II степеней.

Семья: отец — Сергей Иванович Ломанов (род. 1957), легендарный советский и российский хоккеист, пятикратный чемпион мира, почётный гражданин Красноярска. Супруга — Анна (род. 1982), телеведущая. Дети — дочь Екатерина (род. 2005) и сын Александр (род. 2011).